Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и

Наедине.

Приказания прокуратора были исполнены стремительно и точно, и солнце, с

Некий необыкновенною яростью сжигавшее в эти деньки Ершалаим, не успело еще

Приблизиться к собственной наивысшей точке, когда на верхней террасе сада у 2-ух

Мраморных белоснежных львов, стороживших лестницу, повстречались прокуратор и

Исполняющий обязанности президента Синедриона первосвященник иудейский Иосиф

Каифа.

В саду было тихо. Но Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и, выйдя из-под колоннады на заливаемую солнцем

Верхнюю площадь сада с пальмами на страшенных слоновых ногах, площадь, с

Которой перед прокуратором развернулся весь ненавистный ему Ершалаим с

Висящими мостами, крепостями и -- самое главное -- с не поддающейся никакому

Описанию глыбой мрамора с золотою драконовой чешуею заместо крыши -- храмом

Ершалаимским, -- острым слухом выудил прокуратор далековато и понизу, там Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и, где

Каменная стенка отделяла нижние террасы дворцового сада от городской площади,

Низкое ворчание, над которым взлетали по временам слабые, тонкие не то

Стоны, не то клики.

Прокуратор сообразил, что там на площади уже собралась несметная масса

Взволнованных последними кавардаками обитателей Ершалаима, что эта масса в

Нетерпении ждет вынесения приговора и Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и что в ней кричат неспокойные

Торговцы воды.

Прокуратор начал с того, что пригласил первосвященника на балкон, с тем

Чтоб укрыться от свирепого зноя, но Каифа обходительно извинился и растолковал,

Что сделать этого не может. Пилат набросил капюшон на свою чуток лысеющую

Голову и начал разговор. Разговор этот шел по-гречески.

Пилат произнес, что Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и он разобрал дело Иешуа Га-Ноцри и утвердил смертный

Приговор.

Таким макаром, к смертной экзекуции, которая должна совершиться сейчас,

Приговорены трое разбойников: Дисмас, Гестас, Вар-равван и, не считая того, этот

Иешуа Га-Ноцри. 1-ые двое, вздумавшие подбивать люд на мятеж против

Кесаря, взяты с боем римскою властью, числятся за прокуратором, и,

Как Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и следует, о их тут речь идти не будет. Последние же, Вар-равван и

Га-Ноцри, схвачены местной властью и осуждены Синедрионом. Согласно закону,

Согласно обычаю, 1-го из этих 2-ух преступников необходимо будет отпустить на

Свободу в честь наступающего сейчас величавого праздничка пасхи.

Итак, прокуратор вожделеет знать, кого из 2-ух преступников хочет

Высвободить Синедрион Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и: Вар-раввана либо Га-Ноцри? Каифа склонил голову в символ

того, что вопрос ему ясен, и ответил:

-- Синедрион просит отпустить Вар-раввана.

Прокуратор отлично знал, что конкретно так ему ответит первосвященник, но

Задачка его заключалась в том, чтоб показать, что таковой ответ вызывает его

Изумление.

Пилат это и сделал с огромным искусством Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и. Брови на высокомерном лице

Поднялись, прокуратор прямо в глаза посмотрел первосвященнику с изумлением.

-- Признаюсь, этот ответ меня изумил, -- мягко заговорил прокуратор, --

Боюсь, нет ли тут недоразумения.

Пилат объяснился. Римская власть никак не покушается на права духовной

Местной власти, первосвященнику это отлично понятно, но в этом случае

Налицо очевидная ошибка Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и. И в исправлении этой ошибки римская власть, естественно,

Заинтересована.

По правде: злодеяния Вар-раввана и Га-Ноцри совсем не

Сравнимы по тяжести. Если 2-ой, очевидно безумный человек, повинен в

Произнесении несуразных речей, смущавших люд в Ершалаиме и других неких

Местах, то 1-ый отягощен еще значительнее. Не много того, что он позволил

Для себя прямые Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и призывы к бунту, но он еще убил охрана при попытках брать его.

Вар-равван еще опаснее, ежели Га-Ноцри.

В силу всего изложенного прокуратор просит первосвященника пересмотреть

Решение и бросить на свободе того из 2-ух осужденных, кто наименее вредоносен, а

Таким, вне сомнения, является Га-Ноцри. Итак?

Каифа прямо в глаза поглядел Пилату Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и и произнес тихим, но жестким

Голосом, что Синедрион пристально ознакомился с делом и вторично докладывает,

Что хочет высвободить Вар-раввана.

-- Как? Даже после моего ходатайства? Ходатайства того, в лице которого

Гласит римская власть? Первосвященник, повтори в 3-ий раз.

-- И в 3-ий раз мы сообщаем, что освобождаем Вар-раввана, -- тихо

Произнес Каифа Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и.

Все было кончено, и гласить более было не о чем. Га-Ноцри уходил

Навечно, и жуткие, злые боли прокуратора некоторому излечить; от их нет

Средства, не считая погибели. Но не эта идея поразила на данный момент Пилата. Все та же

Непонятная тоска, что уже приходила на балконе, пронизала все его Совещания со всеми этими людьми он мог говорить с президентом раньше и существо.

Он тотчас постарался ее разъяснить, и разъяснение было странноватое: показалось

Смутно прокуратору, что он чего-то не договорил с осужденным, а может быть,

Чего-то не дослушал.


soveti-i-ukazaniya-uchenikam-i-posledovatelyam.html
soveti-k-resheniyu-zadach-na-piramidu.html
soveti-kotorie-ne-napishut-v-knizhkah.html